Алена Бабенко, актриса: «Вершина для меня – это если я рожу еще двух детей. Я буду счастлива тогда! Совершенно!»

Она родилась в Кемерове – живет в Москве. Мечтала быть балериной – стала актрисой. Училась в Томском госуниверситете на факультете прикладной математики и кибернетики – в итоге она закончила ВГИК. Все шептались, что у нее роман с Евгением Мироновым – а она давно и счастливо живет с мужем и сыном. Многие не верили, что она когда-нибудь выйдет на театральную сцену – а она вышла! Моя собеседница сегодня – Алена Бабенко. Пока это только «тренировочный заплыв» – С недавних пор по стране с успехом стал ездить спектакль «Метель-аттракцион», продюсером которого является известный актер и мой очень хороший давний приятель Павел Сборщиков – я искренне за него рад! – и где вы играете одну из главных ролей. Ну и как вам театральные подмостки, Алена? – Трудно. Трудно, потому что ведь это совсем иное существование для актрисы – на сцене. И к этому мне еще нужно привыкнуть. Знаете, пока у меня только такой… (улыбаясь) «тренировочный заплыв» это называется. – Но нравится вообще играть на сцене? – Нравиться-то нравится, но, понимаете, до получения вот того самого удовольствия и кайфа, которые артист обычно получает во время спектакля, мне еще нужно, что называется, двигаться и двигаться куда-то. Все дальше и дальше… Профессия заставила меня переделаться под любой режим дня – Вопрос, который я частенько задаю своим визави… Алена, а давайте-ка представим такую ситуацию. Я приезжаю в Москву и, скажем, волею неких обстоятельств провожу вместе с вами целый день!.. Скажите мне, пожалуйста, где я побываю за это время и что я увижу? – (Улыбаясь.) Ух, такой неожиданный вопрос… Куда бы я вас повела в Москве, да? – Для начала – да. – Я бы повела вас на Воробьевы горы, я бы повела вас на Чистые пруды. Ха, я бы наконец-то сама с удовольствием сходила в Картинную галерею! (Смеется.) В Эрмитаж, например. Вот… Я бы просто воспользовалась моментом, что могу погулять по Москве, и все мои любимые места мы обошли бы обязательно. – А теперь предлагаю немножко переиначить и, скажем, не специально организовывать для меня досуг, а… Представим, что я человек-невидимка. Ну, или, например, некий ваш хвостик – куда вы, туда и я, да? Как тогда бы выглядел мой маршрут? – (Улыбаясь.) Ах, вот так?.. Ну, тогда ранний подъем и отъезд либо на съемку, либо на репетицию. Или же, если я вдруг не работаю, то это будут просто какие-то обычные мои домашние дела. – По натуре вы сова? – Вы знаете, нет, я – жаворонок. Моя профессия заставила меня переделаться под любой режим дня. (Улыбаясь.) Поэтому, если честно, то уже и не знаю – кто я на самом деле… – Итак. Выходной и это… – И это, в основном, дом, это диван… – Телевизор, книги? – Книги… Компьютер. Интернет. Почта – надо написать письма, ответить своим друзьям. Она, конечно, меня здорово спасает. Раньше-то я всегда любила писать письма, а сейчас, поскольку на это времени нет совсем, быстрее напечатать такие, пусть и более коротенькие изложения, но, тем не менее, ответы. Люблю я это дело. – А что читаете? – Нынче?.. Сценарии. (Улыбается.) В основном, сценарии, честно вам скажу. А книги… Я недавно купила книжку о Валентине Гафте. Но она пока лежит у меня нетронутая. И еще у меня там есть одна книжка нетронутая. И вот все оно пока нетронутое лежит… – Времени свободного совсем в обрез? – Вообще, да. Сейчас очень мало. Чем больше ты будешь мечтать и желать, тем меньше шансов, что это случится – Готовясь к нашей встрече и перечитывая материалы о вас в Интернете, мне не раз на глаза попадалась вот такая ваша, если хотите, характеристика: «Алена Бабенко? О, это кошка, гуляющая сама по себе!» Далеко не один ваш коллега, между прочим, такое произнес… – Серьезно? Как интересно! (Улыбается.) Назовите фамилии… – Лучше поясните мне вы – как это выглядит на практике? – Мои коллеги?.. По-моему, это просто выдумка чья-то. – Ничуть, однажды вы даже подтвердили это, ответив: «По сути, скорее всего, да!» – (Улыбаясь.) Ну, в общем, да. Но это выражение, я могу вам сказать, никак не касается моей личной жизни. Скорее всего, это касается моего отношения к работе. Проявления меня в работе… М-м-м… Не знаю, в силу каких-то обстоятельств, опыта или там… Не знаю, в общем, короче говоря, в силу каких-то внутренних штук, я, допустим, вижу что-то свое, отдельное от режиссера. Думаю по-своему. И вот тогда – да, быть может, я и существую в работе как-то сама по себе. – Но режиссеры к вам прислушиваются? – Ну-у… (Улыбаясь.) Не то, что прислушиваются, просто, как правило, к счастью, мне попадаются такие режиссеры, с которыми я с самого начала нахожу общий язык. А это значит, что мы как бы… вместе занимаемся – вместе чего-то там ищем, ковыряемся. – Близкие вам по духу режиссеры – кто эти люди? – Ну, можно сказать, все, которые у меня были. Потому что все-таки режиссер выбирает себе человека и актрису, которые ему нравятся. Не может не существовать симпатии между людьми, если снимается общее кино, поверьте мне. Хотя… Редко, да, иногда бывает, что и не случается (улыбаясь) р-романа, так сказать, между нами. – Ну да, в понятном смысле этого слова. – Да. Профессионального романа. Но такие случаи на самом деле редки. – Вам бы хотелось найти именно своего режиссера? – Конечно. Мне кажется, каждому актеру хочется найти своего режиссера. – А как вы думаете, кто из ныне здравствующих режиссеров вполне смог бы для вас, так сказать, на эту роль подойти? – Я не могу сказать, потому что… м-м-м… Вот, например, одно время я болела Ларсом фон Триером. Мне казалось, мы бы нашли общий язык, если б когда-нибудь встретились. Еще там какие-то режиссеры есть, но – лучше об этом не думать. Как ни странно. Потому что, чем больше ты будешь мечтать и желать, тем меньше шансов, что это случится. Вот такой парадокс. По крайней мере, в моей жизни чаще всего почему-то именно так и происходит. Поэтому я просто… всегда жду чуда! А вдруг чудесным образом что-то такое случится? Иногда так случается, что твой партнер тебе становится даже другом – Женщины-актрисы, которыми вы искренне восхищаетесь? – (Улыбаясь.) Я могу много очень назвать, просто буду перечислять до бесконечности! Потому что я вообще очень люблю своих коллег, всех практически, поэтому… – Ну, назовите хотя бы самых-самых! – Из молодых актрис очень люблю Чулпан Хаматову. (Задумывается.) Инну Чурикову, Марину Неелову ужасно. Алиса Бруновна Фрейндлих – это вообще просто что-то! Татьяна Васильева… Много. – Наш мир кино, по-вашему, он дружный? – Очень хочется в это верить… Знаете, вообще партнеры должны быть расположены друг к другу невероятно! За кулисами, может быть, кто-то что-то и скажет, не без этого, бывает. Но это нормальная история. Но в работе профессиональнейшее качество – любить друг друга. Иначе ничего не сложится и не получится, работа просто-напросто окажется бессмысленной. А так… Почему? Иногда так случается, что твой партнер тебе становится даже другом. И у меня есть такие примеры. Я дружу с Анной Банщиковой, Алексеем Серебряковым, я дружу с Ингой Оболдиной, с Диной Корзун, опять же, с Чулпан… Между нами нет ничего такого, поверьте, нет никакой особой конкуренции. Каждый просто идет своим путем, и все. Если ты провалишься, то ты… в любом случае попробовал! Это лучше, чем ничего не делать, а потом пожалеть, что ты так и не решился – Алена, вы не москвичка, вы – лимита. – (Улыбаясь.) Ну, в общем, да. – Ваш, если хотите, некий совет всем тем юным девочкам, мечтающим, вот как и вы, приехать в столицу и завоевать киноолимп… – Я бы хотела, чтобы они не брали в голову слова «покорить Олимп». Если им просто очень хочется заниматься этой профессией, она им нравится, нужно обязательно поехать и попробовать. И знать, что если ты провалишься, то ты… в любом случае попробовал! Ты это попробовал, ты это сделал! Это лучше, чем не пробовать, ничего не делать, а потом пожалеть, что ты так и не решился… А если есть желание, если есть любовь, все равно – в любом случае! – у человека должно получиться рано или поздно все им задуманное. Я в этом уверена. Я вижу себя в красивейшем платье! Конечно, сверкающую бриллиантами! Конечно, стоящую на сцене где-нибудь в Америке и получающую «Оскара»! – Скажите мне, пожалуйста, но только честно, Алена… Как вы сами оцениваете все то, что уже сделали в кино? – М-м-м… (Улыбается.) Мало мне!.. Мне мало, у меня есть амбиции, у меня есть какие-то желания… И я очень надеюсь на то, что какие-нибудь интересные роли у меня все еще впереди. Все главное – все всегда впереди. Так ведь? Нельзя… Вообще никогда нельзя думать иначе! Что уже, типа, что-то сделано, что-то оценивать при этом, и так далее… (Пауза.) Подобная переоценка, наверное, будет происходить. Но, я думаю, чуть позже. Когда, скажем, актер будет менять свое амплуа, перескакивать из одного в другое, или из одного возраста в другой… Не спорю, с этим, быть может, и будут сложности. (Улыбаясь.) Но все-таки, надеюсь, что нет. – Как-то в одном из своих интервью вы сказали: «Конечно же, самая моя крупнейшая роль и любимая – это в фильме «Водитель для Веры»… – Она первая и единственная любимая – да, так и есть. – Это так все и остается на данный момент? – Да, это так все и остается до сих пор… С этого все началось. Нельзя не любить больше всего начало. То, с чего ты выпрыгнул как бы. Это ж, как твоя Родина, как… Ты бережешь это внутри – и это тебя держит. – Интересно, а какой вы видите вершину своей карьеры? – (Смеется.) Я вижу себя в красивейшем платье! Конечно, сверкающую бриллиантами! Конечно, стоящую на сцене где-нибудь... в Америке и получающую «Оскара»! Все обычно, все очень банально… Но вообще, если честно, то вершина для меня – это если я рожу еще двух детей. Я буду счастлива тогда! Совершенно! – Вот как?.. Н-да, однако редко, по-моему, бывает, чтобы вот так счастливо и дружненько сосуществовали и простое женское счастье, и карьера… – Почему же? Я думаю, вполне можно совместить. Посмотрите, например, на Мэрил Стрип… Да? Которая имеет, по-моему, двоих, если не троих, взрослых сыновей, прекрасный тыл и никогда не сходит с того самого Олимпа. В течение всей своей карьеры! К этому и стоит стремиться. – Не спорю, мысли материальны – почему бы не помечтать… – Просто раньше… В Советском Союзе – да? – считалось, что это чрезвычайно сложный выбор: актриса или личная жизнь. Тогда ведь как было? Допустим, какая-нибудь девушка приезжала в Москву, да еще и с ребенком, жить было негде, условия кошмарные! Она его куда-нибудь отдавала, какой-нибудь бабушке или тетеньке, он там рос… А сама она хотела быть актрисой. И эту вот раздвоенность я сейчас, в принципе, уже очень хорошо осознаю – это было действительно все крайне сложно совместить. Нужно было выбирать на какое-то время. И ей приходилось отказываться от этой личной жизни, а потом… Да, потом такие женщины часто оставались одинокими. – Сейчас с этим проще, вы считаете? – Мне кажется, да… Понимаете, не было такого количества сериалов в былые годы. Артистов было немного. Сейчас много артистов, но и много работы у актеров. Раньше единицы попадали в театр, единицы становились популярными в кино. Все остальные как-то очень сложно выживали. Сейчас все иначе. У актеров большое поле для работы. Можно и на радио пойти работать, и на телевидение, да даже, в конце концов, вечеринки проводить!.. Взяв солонку с солью вместо микрофона, я пела в нее, стоя на стуле, и поздравляла гостей! – Позвольте еще одно ваше высказывание: «Я всегда была хулиганкой – это моя природа. Могу зайти в магазин и начать объясняться, как глухонемая. Могу заикой прикинуться. Или иностранкой. Я очень люблю розыгрыши!» Что-нибудь из последних ваших подобных «фокусов» – поделитесь… – (Улыбается.) Например, вот. Мой сын начал заниматься гитарой. И вот он выучил у меня первые три аккорда. А накануне Новый год. Надо же как-то придумать разыграть и поздравить наших друзей? Мы переоделись в Деда Мороза и Снегурочку, причем Снегурочкой стал он, а Дедом Морозом я. Пришли к нашим друзьями и разыграли импровизационно сценку. При этом его задача была раздавать подарки и аккомпанировать мне вот этими тремя аккордами, а моя, импровизационно взяв, по-моему, солонку с солью вместо микрофона, петь в нее, встав на стул, и поздравлять гостей. (Смеется.) – Ну и как приняли? – Все прошло на ура! Прием был прекрасным. Нет ничего лучше импровизационного поздравления, поверьте мне! Первые свои театральные опыты Гришковец ставил на моем брате – Я не так давно узнал, что, оказывается, Евгения Гришковца вы знаете чуть ли не с детства. – Мы из одного города, да. – Брат ваш, по-моему, учился с ним в одной школе… – Мой двоюродный брат, да, учился с ним. А тот, кстати, первые свои театральные эксперименты ставил именно на моем брате! В школе еще. – И кем он, если не секрет, стал у вас после этого? – (Улыбается.) Он стал историком. – Вы поддерживаете с ним родственные отношения? – Конечно. – Алена, простите, а вы одна у родителей? – Нет, двое нас. У меня есть еще младший брат. – Можно про него пару слов? – Младший брат, так сказать, бизнесмен. Занимается строительством. М-м-м… (Улыбается.) Ну вот, собственно, все, что я знаю. Бизнесменство – это какая-то… другая жизнь, мне кажется. Но я точно знаю, что они работают тоже без выходных, как и мы, артисты… Да, впрочем, сейчас все работают без выходных. – А ваш сын Никита? Ему же 16 лет уже? Он определился с выбором профессии? – Пока нет, он в сомнениях. Раздумывает над операторским искусством. Не знаю, получится или нет, но пока вот так. В поиске он у нас. Я считаю, каждый человек должен найти свою землю – Вы мечтаете о своем доме, отдельном? – Да. Мне бы хотелось… – В Подмосковье где-нибудь? – Может быть, в Подмосковье, может быть, нет. Я считаю, человек должен найти свою землю. У меня нет такого желания: поехать быстренько в Подмосковье и купить там какую-нибудь дачу. Где-нибудь, где угодно, лишь бы только это была природа, да? По моему ощущению, я сама должна найти вот тот самый кусочек земли, где бы мне хотелось жить. Мне же московская земля не родная, я родилась совсем в другом месте. Это, знаете, как вот, допустим… Я купила квартиру, да? И критерием покупки этой квартиры было то, что она распланирована, как и мой дом у родителей. И тоже на втором этаже, и тоже без балкона, понимаете?.. И вот точно так же надо выбирать место, я считаю, где будет стоять дом. – До конца москвичкой так и не чувствуете себя до сих пор? – А я и не стремлюсь к этому, зачем мне это надо? Для меня это город… м-м-м, работы. Карьеры. Каких-то новых друзей. Но все самое прекрасное все равно остается там. Там у нас самые лучшие друзья, понимаете?.. Поэтому я всегда одной ногой у себя на родине. – Часто туда выбираетесь? – Увы, редко… Но часто общаюсь. Со всеми своими (улыбаясь) одноклассниками. – В «Одноклассниках»? – И в «Одноклассниках» в том числе, кстати! – Надо будет к вам зайти в гости… – Ой, а вы меня не найдете. – Почему же? – (Смеясь.) Мою анкету знают только самые близкие! Я мечтаю сыграть в каком-нибудь военном фильме – Что предлагается сегодня Алене Бабенко, как актрисе? – Телевизионные форматы, в основном… – Одни сериалы? – Правда, попадаются порой и односерийные проекты. – А играть кого предлагают? – Вот недавно поступило предложение сыграть следователя. Но я не буду, конечно, этого делать. – Отчего же? – Ну, мне кажется, что уже очень много следователей у нас на экране. – Ну да, и притом женщин: Яковлева, Ковальчук… – Вот-вот, уже сколько можно про это снимать?.. Хватит, по-моему. – А есть роль-мечта? – Знаете, я мечтаю сыграть в каком-нибудь военном фильме. Где военное время… Я вообще люблю другое время. Современность на экране меня как-то не трогает и не прельщает. А вот все, что связано с историей, меня очень интересует. Я как-то сама с собой беседую – и у меня это выходит нормально. Пока… – Вам вообще комфортно дышится в наше время? – Грех было бы мне жаловаться. Главное, что у меня есть работа. У меня есть любимая работа. Я за нее получаю деньги… Нет, у меня все хорошо. Поэтому я не жалуюсь, но… Знаете, у меня такое ощущение, что вот что-то сжимается вокруг людей. При видимой свободе такой – да? – когда все, казалось бы, можно, мы почему-то зажимаемся из-за каких-то… Вот эти мелочи! Вот эти формальности! Какие-то документы, бумажки, подписи, какие-то налоговые службы… Все человека обкладывает. Система обкладывает человека какими-то обязательствами!.. (Улыбаясь.) Очень осторожно нужно жить в нашей стране. У меня такое ощущение. – И все же. Сегодня говорят, счастье – это когда человек живет в гармонии с самим собой, со своим внутренним Я… Можно так сказать про сегодняшнюю Алену Бабенко? – Я стремлюсь. Мне кажется, что… да. Потому что иначе, как мне кажется, просто не выжить. Если ты будешь… ну… как бы это сказать?.. (Улыбаясь.) Ну, в общем, я как-то сама с собой беседую – и у меня это выходит нормально. Пока… Я думаю, что надо просто самому с собой договориться, и все. И тогда все будет хоккей!