Ольга Погодина, российская актриса театра и кино, заслуженная артистка РФ: «Хочешь быть счастливым – будь им тихо»

На счету актрисы Ольги Погодиной более 60 ролей. Она всегда знает, чего хочет, и упорно идет к намеченной цели. Хотя, по ее же признанию, раньше она была совсем другой – стеснительной и даже слегка трусливой. – Ольга, вы актрисой мечтали стать с детства? – Да. И родители видели, что растет актриса. – А в кого из родителей вы пошли характером? – В маму, я абсолютно мамина дочка. Мы подруги. У меня есть подруги, но ближе мамы нет. Она для меня на уровне иконы. Я была долгожданным ребенком, мама родила меня в 37. У нее были очень тяжелые роды, врачи буквально вытаскивали нас с того света. И до сих пор у нас с мамой велика боязнь потерять друг друга. Я не представляю ее отсутствия в своей жизни, а она – моего в своей. Никто не может любить так, как мама. Всю жизнь я окружена ее заботой и лаской. Это больше, чем поддержка, это как воздух. А чувство настоящей искренней любви вызывает ответное чувство. Для меня общение с ней – это самое главное общение в жизни. Это она научила меня верить в себя и бороться с жизненными невзгодами. Благодаря ей, я состоялась как актриса. А мама теперь всегда говорит: «Я воспитала ученика, у которого могу учиться». Сегодня она смотрит на мир через призму моих взглядов и часто говорит: «Ой, как ты права!» Моя мама сложный человек – невероятно жесткий и в то же время невероятно мягкий. Жестче ее меня даже враги не оценивают. А враги у меня были, есть и будут, дай Бог! – Почему же «дай Бог»? – Потому что враги – это великая штука, они двигают прогресс, они дают мне сил. Именно когда нужно преодолевать сопротивление, жизнь становится интересной. Так что врагами меня напугать сложно. – Правда, что вы не ходили в садик в детстве? – Правда. И мама, и я – мы обе до сих пор помним то утро, когда она впервые повела меня в садик. Я страшно не хотела туда идти, но не капризничала, не орала на всю улицу, как другие дети, просто шла и сдерживала рыдания. Мама не выдержала моих страданий, приняла решение на половине дороги, сказав: «Оленька, пойдем домой!» – Мама позволяла вам все? – Абсолютно. На этой почве у них с папой были разногласия: он-то считал, что ребенка надо хоть изредка шлепать. А мама искренне не понимала, как можно меня наказывать. За что? Если чего-то нельзя было делать, мама очень просто объясняла, почему. Почему нельзя совать пальцы в розетку, почему нельзя вмешиваться в разговор взрослых… И я всегда ее слушалась. – Значит у родителей с вами никогда не было проблем? – У нас никогда не было никаких конфликтов и противоречий. В этом смысле я идеальный ребенок. Проблемы были разве что со здоровьем – его всегда не хватало. Особенно часто я болела в детстве. Всему виной прививка от туберкулеза – мне сделали ее, неправильно рассчитав дозу. В три месяца я заболела туберкулезом, потом еще чем-то и еще... Моя мама, которая к моему появлению на свет 20 лет прослужила в театре, поставила крест на своей карьере. Зато она меня выходила: после школы мой иммунитет окреп. А так… Месяц проводила в больнице, месяц в санатории, месяц в школе... – Ольга, полагаю, у вас страдала успеваемость? – Она не страдала: я же занималась дома с мамой. Она одареннее и талантливее меня как актриса, но, помимо этого, еще и очень разносторонний человек. Она помогала мне даже по алгебре и тригонометрии за одиннадцатый класс! А школу я не любила. Когда узнала одноклассников поближе, поняла, что в школе мне неинтересно. А когда поближе узнала учителей, желание ходить в школу отпало совсем. С восьмого по одиннадцатый класс я нагло совершенно отвязно не ходила в школу. Спасали справки, подтверждающие отсутствие по причине болезни. Я не считала нужным ходить в школу. И родители мои тоже не видели в этом необходимости. – Почему же не складывались отношения со сверстниками? – Изначально я была ребенком мягким, другие дети мною пользовались – отбирали игрушки, однажды даже подменили новые сапожки, на которые мы потратили половину папиной зарплаты, на чьи-то старые, потасканные. А противостоять агрессии, натиску я не могла. Сейчас мне об этом даже вспоминать смешно. – Но что помогло вам измениться? – Не что, а кто. Я же говорю – мама. Это она вырастила из меня бойца. Несмотря на то, что я сидела дома все детство и всю юность, я не смотрела на мир сквозь розовые очки. От меня никогда ничего не скрывали. Даже, когда я решила стать актрисой, мама объяснила мне, что эта профессия, как правило, безденежная и бесславная. – Тем не менее, вы своего выбора не изменили? – Нет. Сразу после школы поступила в Щукинское училище. Оно находилось рядышком с поликлиникой, в которую я практически еженедельно ходила с самого своего рождения. В ней же я отсиживалась, пока шли лекции бездарнейших педагогов. Там была славная кафешка, где я пила кофе, ела пирожные и читала умные книжки. – Вы так категорично называете педагогов бездарями!.. – Я все называю и всегда называла своими именами. Собственно, из-за этого на первом же курсе расстроились наши отношения с худруком. Мы перестали общаться, я в глаза ей сказала, что не собираюсь ходить на ее занятия. Были моменты, когда я приходила домой, рыдала и говорила, что так больше не могу. Меня поддерживала мама, это она не дала мне уйти из училища. Говорила о том, что никто и никогда не хватает звезды с неба. Я вытирала слезы и продолжала бороться. Слава Богу, нашлись на кафедре люди, которые поверили в меня и отстояли меня. Это была настоящая война, которая закончилась через три года по причине скоропостижной кончины педагога. Это конфликт закалил меня. – А что после института, Ольга? – После окончания института я уехала в Болгарию и попала на местное телевидение. – Почему вы не стали связывать свою жизнь с театром? – Театр – это не мое. Я всегда мечтала только о кино. Много читала о нем, в том числе узнала много интересного о кино в техническом плане. И всегда хотела не просто играть, но и снимать кино. – Что вы для этого делали? – То же, что и другие, – бегала и искала агентов. Года два походила, натыкалась на стену. Работая на телевидении, в предвыборных кампаниях, нашла возможность стать необходимой директору одного киноагентства. И, спустя какое-то время, он предложил мне бесплатно сыграть в небольшом сериале «Если невеста ведьма» с Сережкой Безруковым. Я это сделала. После этого был фильм режиссера Сергея Никоненко «Перекресток судьбы», где я сыграла с Димой Харатьяном. И понеслось! Предложения на меня тогда буквально посыпались: их было по 7-12 в год! – Так много! Отказывали? – Пять лет у меня было по 6-7 картин в год. Я реально кормила семью. Никогда не буду кривить душой и говорить, что нельзя сниматься в кино только из-за денег. Можно. Можно сняться в рекламе, озвучить мультфильм, вести дурацкую передачу... Артист может заниматься чем угодно, на Западе вообще нет никакой градации. – Правда, что многие трюки в кино вы выполняете без дублеров? – Правда. Я уже купалась в ледяной воде, пробегала под пулями, в меня кидали кинжалы. Это кино – обманывать зрителя не хочется. Зато в обычной жизни я экстрима не приемлю – все должно быть мирно и тихо, даже на отдыхе. – Почему вы занялись режиссурой? – Потому что мне мало быть актрисой. Зачастую я не могу соглашаться в каких-то вещах даже с очень хорошими режиссерами. Мне часто хочется играть не так, как мне говорят. – Есть расхожая фраза: до 30 лет актрису снимают за красоту, а после 30 лет – за талант. Вас снимают за что, как считаете? – Какой каверзный вопрос. Каждый считает, что его снимают, конечно, за талант. – С кем из голливудских актеров вам бы хотелось когда-нибудь встретиться на съемочной площадке? – С многими… С Дастином Хофманом, Робином Уильямсом… – А стать голливудской звездой хотелось бы? – Ну а кто бы отказался?! – Многие говорят, что они из России уезжать не хотят, что они патриоты и будут трудиться только для России. – Либо врут, либо выпендриваются, а, может, кто-нибудь и правду говорит, кто знает? – Болезненные дети нередко мечтают стать врачом. У вас не было такого желания в детстве? – Никогда. Хотя в детстве я играла только во врача и лечила кукол. Делала им те же процедуры, что делали и мне. Когда заболеваю – нередко сама ставлю себе диагноз и довольно правильно. Умею делать уколы. Но стать врачом не хотела. – Вы вообще могли бы представить себя в какой-нибудь другой профессии, не связанной со сценой и кино? – Не могу, абсолютно точно. Кино для меня – смысл жизни, высокая болезнь. – Как же вам удалось освоить актерскую профессию, которая кроме амбиций требует и большой физической выносливости? Может быть, у вас какой-то особый режим питания? – Физически и эмоционально мне все дается через преодоление. А диеты никакой особой нет. Я и так всегда недобирала в весе. Но, например, жареное у меня под запретом. Все готовится на пару или на открытом огне. Мясо ем только с овощами, ни в коем случае не с макаронами, не с картошкой. Я практически с детства на раздельном питании. Если мне приходится много нервничать, у меня падает гемоглобин. Чтобы поднять его, ем сырое мясо. Но никому не советую брать с меня пример. Это не каждому подходит. – Ольга, вы всегда выглядите такой подтянутой… Значит, если не диета, то спорт? – Из всех физических занятий мне ближе плавание. Оно лучше всего снимает напряжение. В большой бассейн времени ходить нет, поэтому остается домашний. Но, к сожалению, даже дома я плаваю нерегулярно. Вероятно, неправильно планирую свой день. Каждый вечер говорю себе: «Все, завтра встаю пораньше и иду в бассейн». Но просыпаюсь и думаю: «Лучше я лишние 15 минут посплю…» – Как вы вообще оцениваете свою внешность? – Я знаю все свои недостатки и знаю, как с ними бороться. – Что вы больше всего стараетесь выделить на своем лице, когда делаете макияж? – Глаза. Это самое лучшее, что есть в моем лице, это моя гордость. У меня должны быть яркие глаза и бледные губы, поэтому помаду я использую только натуральных оттенков, а глаза крашу очень тщательно. Сначала тонкий внутренний контур, затем очень аккуратно наношу тени на верхнее и нижнее веки и крашу ресницы. Причем я не стараюсь сделать глаза как можно больше, ведь красота зависит не от величины глаз, а от их выражения. – Вас развлекает хождение по магазинам в поисках обновки? – Вот уж нет. И кто сказал, что шопинг снимает стресс? По-моему, большего стресса, как ходить по магазинам и примерять, быть не может. В одежде я не фанат, а вот что действительно люблю, так это украшения и часы. Часы всегда при мне – они дают мне некое чувство защищенности. Без них у меня ощущение, будто я не одета. И они должны быть дорогими. Я считаю, если нет дорогих часов, лучше их вообще не носить. – Вы влюбчивый человек? – Нет, абсолютно. Такого, чтоб увидела и сошла с ума, никогда не было. У моих романов очень длинные забеги, многолетние, я бы сказала. – Как и в случае с нынешним мужем Алексеем Пимановым, с которым вы много лет проработали плечом к плечу, прежде чем поняли, что это ваш человек? – Да. – Почему у вас не было свадьбы? – Почему не было? Она была. Просто кроме нас на ней не было никого. И белого платья у меня тоже не было. Уверена: хочешь быть счастливым – будь им тихо. – Чувствуется, что вы не любите говорить на личные темы… – Так и есть, не люблю. Артист, режиссер, продюсер должен быть интересен исключительно своей работой. Его жизнь – это то, что он делает. В своей работе он такой, какой он есть по-настоящему. Что вы хотите еще? если актер выглядит привлекательным на экране, не надо это разрушать. Не надо добавлять сюда никаких жизненных историй. Вы погружаетесь в картину. Зачем при этом думать о том, что актер – такой же человек, как и все остальные, что он покупает квартиру в ипотеку и что у него сломался унитаз? Это никого не должно касаться! – Но, тем не менее, темы, подобные озвученным вами, поднимаются повсеместно. Почему мы знаем о многих актерах то, что знать не нужно? – Потому что очень мало профессионалов. Наше время их практически отжало. По многим причинам. Сделали свое дело 90-е годы, блат, деньги, а также отсутствие культуры, интеллигентности, такта и ума у людей, которые попали в актерскую профессию. Очень много непорядочных людей и сильно не талантливых. И не только в кинематографе – повсеместно. Посмотрите только: некоторые наши актеры раньше работали лифтерами, а продюсеры – на рыбокомбинате. Плохая артистка, переспав с не очень талантливым артистом, пиарится на этом на протяжении многих лет. Самое печальное, что даже центральные каналы принимают это и выдают за звездную историю. – Вы относитесь к числу актеров, которые жалуются на популярность, или вам нравится, когда вас узнают? – Любой артист хочет этого, если бы не хотел, то работал бы… ну, вахтером, например. Было бы странно сказать: «Ой, фу, не нравится!» Конечно, нравится! Если узнают, то очень здорово, если не узнают… Ну, что делать? Тоже ничего страшного. Ольга Станиславовна Погодина родилась 21 сентября 1976 года в Москве. В 1997 году окончила Высшее театральное училище имени Щукина. С 1998 года стала актрисой Московского театрального центра «Вишневый сад». Принимает участие в спектаклях Театра «Центр драматургии и режиссуры». Работает в журнале «Business Guide». Погодина – член Союза кинематографистов, генеральный директор кинокомпании «ОДА-Фильм». На счету актрисы порядка 60 ролей в различных фильмах. Среди них «Маросейка, 12», «Простые истины», «Если невеста ведьма», «Женская интуиция», «А поутру они проснулись», «Возвращение Мухтара», «Тебе, настоящему», «Убей меня! Ну, пожалуйста!», «В ритме танго», «Путейцы», «Три дня в Одессе», «Легенда об Ольге», «Точка кипения», «Громовы: Дом надежды». Также она снялась более чем в двадцати рекламных роликах. Погодина состоит в браке с телеведущим Алексеем Пимановым. Для нее это второй брак.