СЕЙЧАС +5°С
Все новости
Все новости

Ходит под обстрел без бронежилета. Как медик, ни дня не служивший в армии, угодил в ВДВ

Александр Барвинко потерял здоровье и добивается лечения

Не служивший ни дня Александр отправился на СВО добровольцем и угодил в ВДВ

Поделиться

— Несколько снарядов разорвались рядом с нашими позициями, и троих ребят контузило. В составе эвакуационной группы мы выводили их на вторую линию, двигались к ним короткими перебежками. Я запомнил свист пуль: потом к нему привыкаешь, но в первый раз запоминается. Парни были в сознании, двое — в состоянии шока, у третьего впоследствии подтвердили тяжелую контузию.

Потом выводили ребят, которые подорвались на минном поле, двоих. Мы не знали, было там разминировано или нет, бежали к ним на свой страх и риск. О том, что сам можешь подорваться, не думаешь, просто получил информацию — и бежишь выполнять задачу. А о минах задумываться не стоит.

Так уроженец Ижевска Александр Барвинко описывает свою боевую службу. За ранеными он ходит без каски и бронежилета. Не потому, что не боится, а потому, что с защитой просто не может бегать — у него больные ноги.

Александр ни дня не служил в армии, а в разгар СВО неожиданно для себя оказался в строю элитного десантно-штурмового подразделения. Он понимает, что не годен к такой работе и рискует подвести однополчан, но изменить ситуацию у него не получается. Свою историю он рассказал корреспонденту E1.RU.

Как попасть в ВДВ

В школе Саша был отличником, а по химии и биологии и вовсе считался одним из лучших в городе. Он с блеском окончил химико-биологический лицей, а потом отучился в медицинском университете. После вуза работал врачом-терапевтом, но недолго.

— Я построил карьеру в фармакологическом бизнесе, работал с медицинским сообществом. Много трудился, чтобы обеспечивать семью, постоянно был в командировках. Когда наша страна оказалась в нелегкой ситуации, я сказал себе, что мой дед прошел три войны, от финской до японской, и ушел добровольцем. Я был наивным: мне хотелось быть полезным [в зоне СВО], — рассказал Александр. Родным и близким он не сказал о своем решении. Мама несколько месяцев думала, что он находится в длительной командировке.

В октябре 2022 года он явился в Центральный военкомат Ижевска, изъявил желание подписать контракт добровольца и попросил отправить его в войска служить по специальности, то есть медиком.

— Мне сказали, что я буду заниматься эвакуацией с помощью транспортных средств, ездить на БРДМ (бронированная разведывательно-десантная машина. — Прим. ред.), забирать с поля боя раненых, оказывать им первую помощь. По факту оказалось иначе, выносить людей приходится на себе, — объясняет Александр.

Барвинко направили в знаменитую 76-ю гвардейскую десантно-штурмовую Черниговскую Краснознаменную дивизию — старейшее из подразделений войск ВДВ. Александр попал в медроту одного из полков.

— Мы в основном занимались тем, что копали, строили. Но это нормально, вся армия так живет. У меня разболелись ноги, и я обратился за медпомощью. Командир нашей медицинской роты мне отказал в жесткой форме, а я уже не мог ходить нормально и написал заявление в прокуратуру о неоказании медицинской помощи, — рассказал Александр.

Как покинуть ВДВ

История с попыткой защитить свое право на медицинскую помощь настроила против него весь медицинский коллектив, считает боец. Сослуживцы Александра уговаривали его забрать заявление, объясняли, что командир очень хороший, а он просто неправильно оценил ситуацию. В январе Александр так и поступил. Но отношения с начальством были безнадежно испорчены. Именно из-за этого конфликта все его прошения теперь блокирует начмед, уверен Барвинко. Он остался работать в полку, вел приемы и занимался лекарствами. А еще хлопотал о переводе на пост фельдшера, да только вместо этого оказался в должности санинструктора в штурмовом батальоне.

— В мои обязанности входило оказание первой медицинской помощи на передовой, включая эвакуацию раненых. Конечно, и в тылу терапевтическую помощь заболевшим я тоже оказывал. Но дело в том, что еще с зимы у меня очень сильно болели колени и развивалась одышка. Я просто не мог нормально выполнять свои обязанности, поэтому снимал бронежилет, каску и шел за ранеными. Если груз больше 20–30 килограммов, колени начинают невыносимо болеть. А только комплект брони с каской весит в районе 16 килограммов, плюс шлем, плюс сумка с медикаментами. А когда надо нести бойца, то нагрузка явно превышает 40–50 килограммов, — рассказал Барвинко.

Александр Барвинко в строю уже девять месяцев

Александр Барвинко в строю уже девять месяцев

Поделиться

Александр с огромным трудом смог добиться пятнадцатиминутной консультации у врача. Ему поставили диагноз «двусторонний гонартроз второй степени (артроз коленного сустава. — Прим. ред.), застарелое повреждение костно-связочного аппарата». С помощью волонтеров он получил лекарство — уколы в колени. С ними стало легче, но ненадолго. Добавились и другие проблемы со здоровьем. Всё это было еще весной.

— У меня очень сильная одышка развивается, отекают ноги. Я был в госпитале, отпустили буквально на пятнадцать минут, там мне поставили под вопросом диагноз «хроническая сердечная недостаточность», надо его исключать. Я просто не способен сейчас служить в десантных войсках, боюсь подвести своих однополчан. Мне хотелось бы восстановиться немного и служить там, где я не буду обузой, а смогу принести пользу, занимаясь тем, чему меня учили, — леча людей, — рассказал Александр.

Кроме гонартроза Барвинко страдает от постнагрузочной артропатии обоих коленных суставов (поражение суставов. — Прим. ред.), у него выявили дегенеративные изменения передних крестообразных связок и менисков, а также деформирующий артроз коленных суставов второй степени. Все диагнозы он подтвердил справками.

Александру удалось попасть на прием

Александру удалось попасть на прием

Поделиться

Александр признался, что подписывал контракт на четыре месяца и даже не подозревал, что это соглашение будет автоматически продлено на срок до конца СВО. Кроме того, он не мог представить, что окажется в десантном подразделении, не имея даже опыта срочной службы. Александр честно предупредил сослуживцев о серьезных проблемах со здоровьем, и командир штурмового отряда поручал ему хозяйственные задачи, но, когда требовалось, ему приходилось идти на передовую за ранеными — без бронежилета и каски.

С весны он добивается лечения и перевода в другую часть, но пока получил только перевод с должности санинструктора на должность стрелка-штурмовика, а в сетке вакансий его фамилией закрыли пост сапера, хотя с разминированием он вообще не имел дел.

В апреле Александр попал на прием к хирургу. Тот поставил диагноз, назначил лечение и рекомендовал рассмотреть вопрос о переводе в тыловое подразделение. При этом командование заявляет, что он не обращался за медпомощью. По мнению Александра, ему раз за разом отказывают в должном лечении и переводе из-за конфликта с начальником медицинской роты.

— Начмед полка отправил матери бумагу, что 7 июля я якобы был в госпитале на обследовании. Хотя в этот день и весь июль я находился в зоне боевых действий.

Для медроты по приказу начмеда полка я здоров, — объяснил Александр.

Сейчас его подразделение готовится выдвинуться на задание. Боец не представляет, как он сможет помогать товарищам в тяжелой боевой обстановке.

— Бегать я вообще не могу, боеприпасы и прочее ротное имущество при срочном отъезде из-за обстрела таскал в грузовик после двух таблеток обезболивающего. Сейчас таблетки уже не помогают. По должности я сейчас сапер, по факту на выездах в составе взвода управления копаю ямы, таскаю и маскирую различные припасы. Я хочу подлечиться и служить в военном госпитале по специальности, но мне в этом отказали. Подавал рапорт на медобследование 10 июля, но мне даже письменного отказа не написали. Дублировали этот рапорт через военную прокуратуру. Командиру всё по фигу, говорит: «Поедешь на задачу, пока ноги не откажут», — утверждает Александр.

Его мама Надежда Григорьевна писала о ситуации с сыном в Министерство обороны. Там ответили со ссылкой на сообщение командования части, что рядовой Барвинко не обращался к командирам с жалобами на состояние здоровья, и пообещали, что военнослужащему будет предоставлен основной отпуск, «как только позволят обстоятельства».

Всего с декабря 2022 года Александр, его друзья и мама направили 13 обращений к командирам Барвинко, в военную прокуратуру, к депутатам Госдумы Андрею Гурулеву и Олегу Гарину.

В июле боец с помощью друзей написал рапорт на имя командира полка о направлении на обследование в госпиталь им. Бурденко в Санкт-Петербурге. В нем Барвинко просит ответить ему письменно со ссылками на законы. Этот рапорт он отдал ротному и в военную прокуратуру псковского гарнизона, которая официально передала его комполка с указанием ответить заявителю и продублировать ответ в надзорное ведомство. Пока командир не ответил.

Также редакция E1.RU обратилась с запросом в пресс-службу Воздушно-десантных войск, но ответа не получила.

новость из сюжета

Подпишитесь на важные новости о спецоперации на Украине

Ранее мы рассказывали про мобилизованного, которому пришлось защищать свое право на лечение, добиваясь операции по извлечению пули, застрявшей в икре. Также почитайте о добровольце, который потерял руку в одном из боев.

    Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter