«Дискриминация по половому признаку». Медсестра подписала контракт и уехала на СВО, но оказалась там не нужна

Медсестра Ирина из Тюмени подписала контракт 27 июля 2023 года и уехала на территорию Украины в качестве медработника. Она хотела помогать солдатам, в спецоперации у нее участвуют брат и муж. В результате в зоне боевых действий Ирина проработала чуть больше недели. 8 сентября врачи сообщили: она больна ВИЧ. Тогда Ирина поехала в Россию, чтобы сдать повторный анализ. После отрицательного результата хотела вернуться. Но сделать это на протяжении трех месяцев у нее не получается. Подробности — в материале наших коллег из 72.RU. Женщина просила не называть ее имени, поэтому в тексте мы изменили его. У редакции есть все подтверждающие документы, что наша героиня военнослужащая. «Вы чего? Женщин здесь быть не может» Ирина подписывала контракт в тюменском военкомате на один год. По ее словам, там уверяли: место в бригаде для медицинского работника есть. — Я окончила медицинский колледж по профессии «сестринское дело». Потом переучилась на фельдшера, по званию это прапорщик. Подписав контракт, я обратила внимание, что там меня указали рядовым. Мне сказали, что в части дадут прапорщика. Потом я уехала в Алейск, оттуда — на территорию Украины. Меня отправили работать в госпиталь. Там я проработала до 8 сентября. В этот день мне сообщили: «Ира, у тебя ВИЧ». По-моему, мою реакцию было слышно на всю Украину. Был ор, плач, крики. Откуда он взялся? На тот момент прошел год с рождения ребенка, в роддоме брали кровь, — рассказала 72.RU Ирина. Дальше Ирину отправили на территорию России, там она сдала повторный анализ. На следующий день женщина получила отрицательный результат. Тогда ей предложили перейти в штурмовую бригаду в качестве фельдшера. Ирина согласилась. — Я собрала все документы для перевода и ждала приказ. Наступил октябрь — документов нет. Я нашла контакты командира бригады, он стал кричать: «Мы вас вызвали телеграммой, вы на протяжении месяца не являлись! Вы охренели, что ли?» Я влетела в военную форму, побежала в штаб, мне сказали: «Телеграммы не было». В итоге приказ недействителен, места для меня уже нет, что хочешь, то и делай, — добавила женщина. Место для женщины не нашлось до сих пор. Сейчас Ирина находится в Алейске и продолжает ждать, что в зоне боевых действий освободится вакансия. Ее зарплата с 230 тысяч рублей упала до 46. — И вот уже ноябрь, я каждый день хожу в штаб, и мне отвечают: «Ждите начальника. Может быть, он распорядится вас куда-нибудь отправить». Тем временем приходят обычные солдаты и просто ревут: нет медиков, некому оказывать помощь. Они сами себе ее оказывают. Я квалифицированный специалист. Сижу в медицинском блоке. Мне сейчас просто предлагают ездить в командировки, выпускают в суточные наряды. Иногда заняться нечем, просто сижу в кабинете начальника медицинской службы, в нем же живу, пока родители сидят с ребенком. Мои дни проходят так: проснулась, погуляла по медблоку, уснула, — объяснила наша героиня. По мнению Ирины, женщин намеренно не хотят брать на спецоперацию. — Зачем они берут женщин-военнослужащих? В боевом подразделении мне говорили: «Вы чего? Женщин здесь быть не может». Медицинские роты все забиты мужчинами, потому что женщины слабые! Им нужен душ отдельный, туалет, отдельный блиндаж. А я согласна была работать в боевом подразделении! Мне не надо было отдельного санузла, бани, блиндажа. Я согласна была таскать мужчин из окопов. Но это никому не интересно. Это дискриминация по половому признаку. Слова нашего командира: «У тебя могут начаться месячные, могут изнасиловать, ты можешь забеременеть, или у тебя может испортиться настроение, потому что ты сломала себе ноготок. И ты не пойдешь на боевое задание. На хрена нам баба нужна?» — передает свое возмущение женщина. Ирина написала письмо в Министерство обороны и ждет ответа. Она думает о том, чтобы расторгнуть контракт. Что делать в таких ситуациях? Мы спросили у адвоката военной коллегии адвокатов, что делать в сложившейся ситуации. — Министерство обороны всегда определяет свой количественный ресурс исходя из потребности, которая существует на данный момент. Если ее военная учетная специальность позволяет ей проходить службу на территории СВО и в этом есть необходимость у Министерства обороны, то ее туда направят. Если сейчас она не получает те денежные средства и ту должность, которую она хотела бы получать, то тому так и быть. Потому как определять, куда направить военнослужащего, — прерогатива Министерства обороны. Если бы факт наличия ВИЧ был установлен врачебной комиссией, то она бы подлежала увольнению. Если этот факт не подтверждается, то ограничений нет. Если она всё же желает перевестись в соответствующую боевую часть, ей необходимо узнать у командования, какие именно подразделения участвуют в боях. Потом взять в части документ, который подтверждает принятие ее на службу. Далее обратиться с рапортом о переводе в часть, которая участвует в СВО, — рассказала 72.RU Павел Малютин, адвокат военной коллегии адвокатов. Тем временем военкомат Тюменской области продолжает вербовать женщин на СВО. Всего почти за два года боевых действий контракт с Минобороны подписали как минимум шесть женщин, рассказал военный комиссар Тюменской области Сергей Чирков. Он также объяснил, кому из женщин-добровольцев отдается приоритет.