Сочинская журналистка собрала галерею таксистов Сочи

Сочинская журналистка, издатель Анна Петросян много ездит на такси. Она поделилась тем, о чем говорят с пассажирами водители в длинных сочинских пробках. Кто-то ищет психологическую помощь, кто-то изливает душу и жалуется на жизнь, а кто-то просто ноет. Зря взял заказ — А-а-а, 20 километров! — запричитал нервно водитель, — и, скорее всего, пробка. Что за Мамайский перевал, это за Лоо, что ли? Как я не посмотрел, что это не в центре… А у меня в четыре часа планерка! А потом перегон машин… Как мне это успеть? Вы можете оплатить в приложении сразу мне на карту? Заправиться надо. — Нет, не могу. Я переведу вам на карту по номеру телефона, как я сказала оператору в «Яндекс Гоу», и она зафиксировала этот момент. — Почему вы всё сразу воспринимаете в штыки? — ерзает в кресле, въезжаем в тоннель. — Мне кажется, я просто зеркалю вас, — закрываю глаза в надежде подремать, привыкшая к «разнообразию сочинских таксистов». — Вы понимаете, я не увидел, что надо ехать далеко, взял заказ, думал, быстро сделаю и поеду по своим делам, — продолжает полуисповедь водитель. — Музыку? — А вы понимаете, что двое до вас, которых я ждала на жаре после работы, отменяли заказ в самом конце, потом произошел сбой в приложении, я звонила в «Яндекс Гоу», и приехали вы. А дома меня ждут болеющие ребенок и муж. Неизвестно, сколько мы будем ехать. Музыку? Если только не тяжелый рок. По салону разливается что-то приторное про любовь после разлук. Засыпаю. Потом приоткрываю глаза. После тоннелей на Мамайке — серьезная пробка, почти не движемся. Водитель выходит из салона, закуривает, смотрит, что там впереди. Возвращается в салон, и к слащавой музыке добавляется противный аромат никотина. Мне нечего ему сказать: мне надо домой. Собираюсь с мыслями, представляю чистый и легкий путь домой, как учила Гульсум Амировна Еремеева. После «Мамай-Кале» пробка начинает двигаться быстро, и к светофору на Сергей-Поле уже едем вполне хорошо. — Кажется, я успеваю к четырем на планерку, — радостно почти кричит в трубку таксист. — Потом перегоним машины. У вас там есть какой-то съезд? — обращается ко мне. — Есть, незаконный. — Хорошо. Покажете? — Покажу. Он резко сворачивает в Нижнюю Шаумяновку и «летит» по улице Туманяна. — Пожалуйста, помедленнее: у нас тут все «летают», да еще дети на велосипедах гоняют. Диктуйте ваш номер телефона и подскажите сумму. Вместо 799 перевожу 900 рублей. — Простите меня, Анна Карапетовна, — он остановился у наших серых ворот и повернулся ко мне, — я за любой кипиш, акромя голодовки. А сам я с Урала. И хорошего дня! — Спасибо, и вам, — закрываю дверь машины, все мысли уже дома с сыном Зориславом. Любимые водители Вся эта эпопея с таксистами началась после того, как 11 декабря 2022 года мы попали в серьезную аварию после чемитокваджинского моста, когда ехали из Лазаревки домой. Мы пострадали несильно, больше всего досталось моей маме (она сидела на пассажирском кресле слева, куда пришелся удар встречной машины) и нашей маленькой железной японке. Мама восстановилась, слава богу. Детали, нужные из разных стран и городов, ехали в Сочи медленно, поэтому больше чем на год мы стали постоянными клиентами местных служб такси. И за это время происходило много разных историй и знакомств. — Михаил — банщик, а Игорь — рыбак, правильно, мама? — Да, Зорислав, правильно. — А кто из них возит тетю Галю на рынок? — Оба попеременно: папа ей номера их обоих отправил. За полтора года у нас, понятное дело, появились любимые водители. Из наших Дагомысских это Михаил и Игорь. Опрятные, на чистых машинах, в меру разговорчивые, неплохо знающие местность. Если они заняты, приходится заказывать машину через Такси "Парус"» или в приложении «Яндекс Такси». Таксисты «Паруса» лучше знают Дагомыс и окрестности, легко находят наш дом, уже знают нас. Яндексовские даже с приложением теряются, нервничают и эмоционируют. — Вот скажите, легко ли к 50 годам все начинать с нуля или даже с минуса? — поворачивается ко мне довольно красивый светловолосый мужчина с синими глазами и огромной серебряной цепью на шее. — Наверное, нелегко, Евгений, — отвечаю, закрывая дверь машины и настраиваясь благополучно доехать до парикмахерской в парке Горького. Имя водителя успела увидеть в приложении «Яндекса». Видимо, моя излишняя порой наблюдательность подстегнула его откровенность. Или он этого ждал. Одним словом, посидеть в тишине с разнообразными пейзажами за окном не получилось. — Понимаете, еще недавно я был очень богат! — почти кричит красавчик за рулем. — По образованию я психолог. У меня был свой офис в Москве, меня все знали. Потом я это оставил, потому что сам не был примером того, чему учил и к чему призывал своих клиентов. Был управляющим бизнес-империи одного кавказца. Ворочал миллиардами. Но недавно у него при странных обстоятельствах погиб сын, и бизнес он сразу забросил. А у меня квартира взята для дочки в кредит, надо отдавать… И новая жизнь, новая женщина. Всё пошло ко дну. Что делать? За несколько дней мы решили всё начать с нуля и прилетели в Сочи. Сняли квартиру. И я пошел работать в агентство недвижимости. Жизнь здесь дорогая, но и возможностей много. Знаете, сколько квартир я смог продать за первый месяц работы? Три!!! Это всё психология… Хочу вести что-то на «Дзене». А вы так правильно вопросы задаете, вы журналист? А сможете писать тексты для меня? — Вот мы и приехали, в «кармане» у этого шлагбаума, пожалуйста, — с радостью, что откровения незнакомца подходят к концу, говорю я, — диктуйте номер телефона, переведу деньги. Он что-то еще хочет сказать, но делаю вид, что не замечаю и очень тороплюсь. После салона красоты, свежей прически, маникюра и педикюра у женщин обычно хорошее настроение и приятная усталость. Читательницы меня поймут. И вот в расслабленном благостном состоянии сажусь в такси ехать домой. — А у меня решается судьба: как дальше жить, — огорошивает меня абсолютно неизвестный мне человек за рулем. — Какой необычный профиль, — это я замечаю про себя. — И, кажется, мне придется о некоторых из них рассказать, потому что держать это всё в себе уже просто невозможно. Откуда вы все и почему вас так тянет откровенничать с клиентами? — Кто вы? Откуда? — это уже вслух. — Я езид. Родился в Армении, учился и жил в Беларуси, семья в Ярославле. Снова тоннели, снова пробка на Мамайке. И сильно хочется спать. — Знаете, с детства я чувствовал боль растений, животных и людей. Моей воле все подчиняются. Мне кажется, такие, как я, рождаются раз в тысячелетие. Но сейчас я чувствую, что нужно резко что-то в жизни поменять, учиться новому. Вот мне хотелось бы быть пилотом вертолета… И придется жену ставить перед выбором. Посмотрим, что она решит. Если нет, я стану одиночкой… Он едет быстро и нервно, как-то диковинно объезжая пробку. Мы довольно быстро оказываемся у нашего дома. — Мне нужен учитель в жизни, — говорит на прощание таксист. — Может, это вы? — Не думаю, — поднимаю левую бровь и открываю калитку. — Пусть ваши планы реализуются, а способности идут в знак плюс. Калейдоскоп фрагментов жизней и историй разных людей Понимаю, что очень устала от такого пласта судеб и насыщенного общения. Частые поездки в город и редкие молчаливые водители сделали свое дело: получился калейдоскоп фрагментов жизней и историй разных людей. Однажды было так, что три дня подряд меня из Нижней Шаумяновки в центр возили парни из Рязани, Саратова, Воронежа. Там им не нравится, а здесь они надеются в сезон неплохо заработать. Абсолютно не знающие город и его специфику, молящиеся на приложение и интернет, они смешные и немного беззащитные. Удачи им. И какая радость для души — наши местные взрослые водители. Они тоже разные по темпераменту, но с ними хоть не нужно проводить ликбез, где Воровского, где Орджоникидзе, где Гагарина… Расслабляешься и общаешься. Или молчишь и думаешь о своем. — Как в театр хочется, надо с дочкой сходить, — говорит мне дагомысский таксист из «Паруса», когда мы стоим на светофоре возле подвесного моста у центрального рынка. — Вон на афише что-то интересненькое. Посмотрю потом точнее. Недавно знакомую возил по городу, она во Франции давно живет, но в Сочи у нее есть квартира. Она рассказывала про отношение там к людям нетрадиционной сексуальной ориентации. Нам по телевизору и в газетах всё не так пишут и показывают, как на самом деле. Пробка из центра в Дагомыс серьезная. Вас довезу и поеду к другу на Ареду кофе пить. Потом снова работать. — У вас будет сдача с тысячи? — Для вас у меня всегда есть сдача. Часто, очень часто вспоминаю горящие глаза нашего главного редактора «Черноморской здравницы» Сергея Константиновича Белова, когда он рассказывал о знаменитейшем на весь Союз сочинском Хоре таксистов. И одну из их афиш помню. Трудно представить, что такое, возможно, было бы сейчас. Наверное, нет. А в голове складывается свой пестрый Хор — таксистов нынешних. Может, пение добрых песен чуть успокоило бы их души, а дружеское общение показало, что жизни не закончена, и изменения — неотъемлемая ее часть. Сочи — лакмусовая бумажка людских намерений. Город — призрак, и город — мечта. Мельница судеб. Я не прошу у тебя благосклонности к ним, но я прошу помочь им настроиться на тебя и твои тайны.