Предпринимателю пришлось продать бар из-за долгов

Несколько лет назад Алексей Чайка из Архангельска решил кардинально изменить жизнь — уволился из органов внутренних дел и начал свое дело. Он открыл винотеку, затем запустил второй проект, бар русских вин. Оба бизнеса в итоге прогорели. Алексей остался с миллионными долгами и сейчас пытается с ними расплатиться. Он честно рассказал 29.RU про все трудности, с которыми столкнулся, и поделился своей точкой зрения, что мешает зарабатывать российским предпринимателям, особенно в сфере общепита, который сворачивается по всей стране. За прошлый год в стране закрылось 34,5 тысячи точек общепита. Почему закрылась винотека Алексею Чайке 37. У него жена и годовалая дочка. До предпринимательской деятельности работал в уголовном розыске. Свою жизнь с российским виноделием решил связать после отпуска в Краснодарском крае. — Приезжали с супругой, отдыхали, пили вино, влюблялись в пейзажи и атмосферу, знакомились с людьми. Я уже жил с этой идеей, что хочу что-то изменить в своей жизни, сменить род занятий. И подумал: «Мне нравится вино. Может, винотеку открыть?» — рассказывает предприниматель. Всё началось с ателье вина «Абрау-Дюрсо», которое Алексей открыл по франшизе восемь лет назад. Тогда, по его словам, в розничных магазинах не было представлено достойного вина отечественного производства. Предприниматель находил интересные, необычные сорта, чтобы развивать культуру потребления этого напитка: — Был определенный портфель вин, которого со временем стало мало. Мы начали его уже самостоятельно расширять за счет других дистрибьюторов, которых привлекали, у которых скупали какие-то позиции. Параллельно он открыл бар русских вин «Рекольтант» и стал организовывать винные ужины. — Я абсолютно считаю нормальным объяснять, как вообще употребляется алкоголь, зачем он нужен, какие есть мероприятия и события для этого, как можно наслаждаться. Люди же вводят в культ употребление кофе, разбираются в обжарке, где и кто готовит его, где собирают, как выращивают, знают много разных сортов и всего прочего. Ты рассказываешь то же самое про вино. У Алексея есть диплом Wine & Spirit Education Trust второго уровня. Это глобальная организация, основанная в Лондоне, которая проводит курсы и экзамены в области вина и спиртных напитков. В 2022 году предприниматель закрыл винотеку. На это, в частности, повлияло увеличение ассортимента на полках супермаркетов. — Может, так совпало, но, как только мы заводили в бар какую-нибудь интересную позицию, два-три месяца, и она появлялась в магазинах местных сетей, — говорит он. По словам нашего собеседника, дистрибьюторы стали искать новые каналы продажи, чтобы получать больше прибыли. — Если раньше все жили какой-то такой эфемерной идеей о том, что мы будем делать прекрасные утонченные вина, не как у всех, и люди с таким же эмоциональным заделом будут это продавать в своих винотеках и барах, то сейчас все такие: «Давайте уже везде, где можно продать вино, там и будем продавать». Все хотят зарабатывать деньги. Про взлет и падение «Рекольтанта» Алексей вложил на старте 2 миллиона рублей в свой бар. Он окупился, и до 2025 года выручка заведения росла. Затем дела шли всё хуже. — Если сейчас отматывать назад и смотреть с учетом сложившихся обстоятельств, в какой момент нужно было выставить бар на продажу как предприятие, то это был конец 2024-го, — размышляет директор заведения. — Я часто вспоминаю, что 2024-й был классный год. Многие, наверное, из общепита тоже знают. Может, у кого-то 2025-й был получше, я уже видел спад. Чистый минус начался с 2026 года. Мне вообще ни разу не блокировали счета, за этот год так делали уже раз шесть. В декабре «Рекольтанту» исполнилось бы 5 лет. С начала октября бар не работает, все запасы вина закончились. — Почему мы закрываем бар? Любой нормальный человек понимает, почему это происходит, — говорит Алексей. — Заканчиваются деньги, заканчивается выручка, накапливаются долги. Сколько я могу за счет своего характера тянуть это? Ради чего? — У меня маленький ребенок, супруга, которая раньше вышла из декрета, потому что мы оказались не в самом простом финансовом положении. Слава богу, она умнее меня и у нее прекрасная работа. Она не занимается предпринимательской деятельностью. Сейчас на Алексее Чайке висит в общей сложности 10 миллионов. Это кредиты, задолженность перед поставщиками и налоговой. Сначала он выставил «Рекольтант» за 4,5 миллиона рублей, затем снизил цену до 3,5 миллиона. — Мне как предпринимателю, который задумал эту идею, еще и обидно, что у меня есть хороший набор навыков, знаний, понимания процессов, взаимодействия с различными государственными органами. И я не могу на этом заработать денег. Я же мужчина, я должен доказать себе, что взялся за дело и достиг результата, — откровенно говорит он. По словам предпринимателя, вести подобный бизнес сложно, так как большинство людей не видят смысла покупать дорогое вино. — Очень малому количеству интересно вино в принципе. Люди же как смотрят. Они оценивают ценовую политику, опираясь только на то, сколько стоит вино, никто не оценивает, какой винодел, какая винодельня, какой метод производства. Всё упирается в деньги. Если это дорого, это неинтересно. В «Рекольтанте» можно было приобрести за 2000 рублей билет на так называемый винный тур, куда входили четыре бокала. Некоторые посетители не скрывали, что цена для них слишком высока. Владелец бара с ними был не согласен. — Каждый бокал по 500 рублей — адекватная цена, — считает предприниматель. — Давайте вычтем отсюда только материальные вещи: это сам билет, его напечатать, сделать промоцию, привлечь блогеров, продать часть билетов бесплатно. Ты приходишь в заведение, где тебе оказывают определенный сервис, рассказывают про это, используют посуду, используют человеко-часы, электроэнергию, атмосферу, музыку. Наш интеллектуальный труд мы просто убираем, потому что в общепите такие вещи никто уже не считает. Алексей также считает, что в таких крупных городах, как Москва и Санкт-Петербург, его винный бар работал бы в плюс: — Я бы уже, мне кажется, сетку открыл. С учетом востребованности — это 100%, к гадалке не ходи. Начал бы продавать франшизу, просто зарабатывать ни на чем. А чтобы вести такой бизнес в Архангельске, нужно иметь очень хорошую подушку финансовую, которую ты будешь тратить в никуда. Просто на поддержание своей идеи. Не мне вам рассказывать, что в Архангельске убыль населения, никто сильно здесь не задерживается. И, соответственно, прослойка людей, которые заинтересованы хоть в каком-то культурном развитии, наверное, тоже куда-то исчезает. Людей, которые хорошо зарабатывают и готовы спокойно прийти, выпить какие-то премиальные линейки вин. «Я не хочу работать на себя» Алексей Чайка признаётся, что выбрал бы другой путь, если можно было бы вернуться назад. Он пошел в эту сферу, не зная многих процессов. За опыт пришлось платить. — Я упирался абсолютно в свою какую-то слепоту, в свое желание, любовь к этому делу. Я же делал бар не из-за того, что знал своего потребителя. У нас никогда не было картины гостя. Я делал его из-за любви к российскому вину и к тому, как я бы хотел продвигать этот продукт. Считаю, для идеи в целом у меня всё получилось. Просто свой опыт — он дорогой, все ошибки оплачиваешь из своего кармана. Наверное, правильнее было бы заходить в винную сферу, пойдя работать менеджером по алкоголю в какую-нибудь крупную компанию. Вот сейчас я бы сделал так. Предприниматель помнит и хорошие моменты. Благодарные гости, новые знакомства, громкие события — это, безусловно, помогает не опускать руки. — Мы всегда слышали много комплиментов за атмосферу, за комфорт. Всегда очень честно общались с гостями, без какого-то пафоса, и это многих людей подкупало. Было очень много классных мероприятий с очень крутыми людьми. Увлечение вином и винной торговлей дало много хороших знакомств, огромный пул добрых приятелей и людей в разных городах, с которыми до сих пор мы поддерживаем общение и будем, я думаю, поддерживать, — делится Алексей. В 2025 году Алексей Чайка выкупил бывший ресторан «Боброфф». Сейчас это гастропаб «Бобры». Вся команда из бара «Рекольтант» перешла работать туда. Владелец заведения рассчитывает, что его оборотных средств хватит, чтобы со временем закрыть долги: — «Бобры» постепенно выходят на плато какой-то самоокупаемости. Это, конечно, тоже моя отдельная долговая яма. От предыдущих собственников заведение досталось в очень плачевном состоянии, которое мы только-только, спустя год, смогли довести до того, что мне самому там всё нравится. Но я думаю, тот коллектив, который сейчас там сформируется, сможет в какой-то момент быть уже самостоятельной единицей без меня. Параллельно Алексей ищет другую работу, не связанную с бизнесом. — Сейчас я нахожусь в состоянии, когда финансов не так много для того, чтобы задуматься о каком-то открытии. Поэтому нужно восстановиться, восстановить свое финансовое положение, закрыть какую-то часть долгов. Последние два года он увлекается сваркой. Пока это больше хобби, чем потенциальный заработок. — Я сделал объявление о том, что я делаю небольшие сварочные работы, я же могу на этом заработать, мне это нравится. В общепите всё плохо? На вопрос, в какую сферу общепита сейчас проще всего зайти, Алексей Чайка отвечает с улыбкой: — Не надо вообще заходить. Предприниматель считает, что тенденция закрытия ресторанов продолжится: — Я очень буду удивлен, если предприятия общепита, не имеющие сильной протекции финансовой, каких-то там бизнесменов или инвесторов, которые их поддерживают, до середины или до конца следующего года проживут, не напрягаясь. Просто по факту сейчас это всё как игра на выживание. Похоже на события, наверное, после Первой мировой войны и революции, когда менялся строй и в какой-то момент эстетика прилюдно есть, выпивать и прекрасно проводить время с шиком и красотой и определенной статусностью, начала пропадать. То есть мы опять закрываемся в своих квартирках и начинаем питаться только там. При этом предприниматель видит, что есть удачные проекты. Он уверен: заработать на этом бизнесе можно, ориентируясь на массовость. — Общепит — оно так и звучит: общепит, то есть на максимально общественную территорию нужно заходить, на максимально широкого потребителя, которого можете удовлетворить. Предприниматели, которым хватает денег для того, чтобы подготовиться, провести анализ рынка, посмотреть на желание потребителя, они, конечно, будут всегда выигрывать. Они сделают то заведение, которое будет нужно большому количеству людей. Больше всего Алексея Чайку волнует то, как устроено взаимодействие бизнеса с государством. По его мнению, этот механизм сильно усложняет работу и требует много затрат: — Очень много всего для того, чтобы бизнесмен функционировал с государством и отдавал налоги со своего заработка. Я вообще даже за последний год уже не понимал, куда мы платим деньги. Кассовая техника — это вообще же дурдом. Там обеспечение просто годовое вот этого кассового аппарата — восемь, что ли, тысяч в месяц, кассовый накопитель, который тебе обходится каждый раз в 30 тысяч, кассовые ленты, которые ты должен без остановки покупать. Вино находится, так скажем, в водочной истории. Это не сельскохозяйственный продукт. То есть это безостановочные акцизные марки, это всё проходит процедуру ЭГА. — Чистой прибыли с каждым разом становится всё меньше и меньше. Ты отдал зарплату, отдал аренду, оплатил лицензию, оплатил программное обеспечение. Ты всё платишь-платишь и каждый раз думаешь: «А я-то что зарабатываю?» И очень тяжело мотивировать себя без заработка, находить в себе силы быть классным специалистом. Алексею Чайке не стыдно говорить о трудном периоде своей жизни, он не стесняется неудач и уверен, что сможет зарабатывать, улучшит положение своей семьи и, возможно, когда-нибудь снова будет прививать людям любовь к русскому вину. Мы часто пишем про предпринимателей. Показывали, какие красивые сумочки создает мастерица и каким красивым котикам помогает.