Учителя стали фигурантами уголовных дел — как их защитить

Недавно в Госдуме предложили наделить школьных учителей неприкосновенностью, в том числе в конфликтах с родителями и учениками. За примером далеко ходить не нужно: в России нередко возбуждают уголовные дела в отношении педагогов. Некоторых даже осудили за истязание, хотя сами они отрицают свою вину. Насколько сегодня в школе защищены и учителя, и дети — наши коллеги из 29.RU спросили у экспертов. Била рукой, указкой и ремнем Вот случай, который произошел в Сольвычегодске Котласского округа. Учительницу местной средней школы признали виновной в истязании второклассника, у которого она была классным руководителем. По данным Котласского городского суда, педагог била мальчика рукой, деревянной указкой и ремнем, когда ученик нарушал дисциплину. Сама учительница свою вину отрицает: на судебном заседании она сообщила, что не применяла насилия к ученику. Но судья посчитал, что факты совершения насилия были доказаны: их на допросах подтвердили одноклассники мальчика. Кроме того, на это указывали и другие детали дела. «В период предварительного следствия, частично признавая вину в содеянном, педагог приводила детали, которые могли быть известны только лицу, совершившему инкриминируемые ей преступления. При проверке органами следствия в ходе предварительного расследования эти детали нашли свое объективное подтверждение», — комментируют в суде. 29 декабря сольвычегодскую учительницу осудили на условный срок — 3 года и 1 месяц с испытательным сроком в 2 года, а также на год лишили права заниматься педагогической деятельностью. Учителя ставят камеры за свои деньги Как известно 29.RU из личных источников, еще одно расследование в 2025 году шло и в одной из школ Плесецкого округа. Там педагога точно так же обвинили в истязании ученика: по словам родителя, ребенку выкручивали уши, таскали за руки, за шею и толкали. Сам учитель категорически не согласен с обвинениями и утверждает, что не трогал школьника. Но и в этом случае педагога осудили — на 3 года условно. Другие учителя на фоне этого случая устанавливают в кабинетах видеокамеры, даже если это приходится делать за свой счет. — Видеонаблюдение ведется для сохранения безопасности образовательного процесса, — рассказала одна из учительниц 29.RU. — Это защищает не только детей, но и учителей. Есть кабинеты, где установлены дополнительно камеры, и есть такие, где учителя ставят их по своему желанию, не привлекая средства школы. В моем случае я установила камеру в рамках своей безопасности, а также безопасности детей, например во время перемен. Это профилактика точно таких же негативных ситуаций и конфликтов. Я стала задумываться, что мне нужно самой сохранять записи с уроков. Возможно, когда-то по разным причинам это может сыграть в мою пользу. Драка, попавшая на видео Громким случаем была и драка между учителем и учеником, которая произошла в 2021 году в архангельской школе № 1. Большинство россиян узнали об этом конфликте, когда в Сеть попал видеоролик, снятый на камеру в коридоре школы. В нем было видно, как педагог выводит мальчика из класса, хватает за шею и толкает его. Ученик в ответ поднимает руку на педагога, падает и пинает ее ногами. По словам юриста Александра Сухих, которого наняли родители ученика, в классе началась потасовка между двумя мальчиками, а затем учитель рисования взяла одного из них за шиворот и стала душить, причинив подростку телесные повреждения. Однако, по версии правоохранительных органов, после того как преподаватель разняла школьников, в нее прилетели стул и коробка с гуашью, а также посыпались оскорбления от парня, которого она после всего вывела из кабинета, чтобы успокоить и обезопасить других учеников. Тем не менее суд встал на сторону ученика. Спустя пару лет со школы в пользу семьи несовершеннолетнего взыскали 408 тысяч рублей. «Педагоги никак не защищены от подобных ситуаций» Юрист, член движения «Российским детям — доступное дошкольное образование» Елена Шульгина считает, что на сегодняшний день педагоги защищены законом, и отстаивать свою позицию можно как раз в рамках него. — Вопрос защиты учителей и учеников можно обсуждать только в контексте конкретного уголовного дела на предмет достаточности или недостаточности собранных доказательств. Учителя на сегодняшний день защищены именно нормами процессуального кодекса в части доказывания, — прокомментировала она. По словам адвоката Дмитрия Дерена, в последнее время в судах рассматривают много уголовных дел, связанных именно с педагогической деятельностью, — и в школах, и в детских садах. Причем часто они заканчиваются осуждением педагога. — Как это обычно происходит: есть класс, в котором дети себя очень плохо ведут. Педагог пытается как-то навести порядок и успокоить, провести какие-то воспитательные мероприятия. Дети реагируют на это негативно. Даже если учительница крикнет на ребенка — уже это, можно сказать, считается незаконным, хотя иногда детей никак по-другому не успокоить. Не говоря уже о том, чтобы как-то задеть несовершеннолетнего. Затем дети жалуются родителям, а те в свою очередь обращаются в правоохранительные органы, которые начинают проверку. Тем не менее при расследовании каждого случая нужно учесть все нюансы, в том числе допрос ребенка. Заседания по таким делам, как правило, проводятся в закрытом формате, потому что на них присутствуют несовершеннолетние. — Действительно, сегодня педагоги никак не защищены от подобных ситуаций, — считает адвокат. — Словам детей, как правило, верят, так как подобные допросы проходят с участием специалистов, психологов. Ребенок может рассказать, как именно его обидели, а следователи должны установить все эти факты. Всё это ложится в основу обвинения. Видеозапись является весомой уликой, но она должна не противоречить тому, что говорит потерпевший. Всё это будет учитываться при окончательном приговоре. Еще одна важная деталь судебного процесса — психолого-психиатрическая экспертиза, в ходе которой оценивают вменяемость участников конфликта, способность давать показания или понимать происходящее. Если ее не провели в ходе заседаний, то решение можно оспорить. — У меня в практике было подобное дело. Прокуратура обжаловала его в Архангельском областном суде, и тот отменил оправдательный приговор, сославшись на то, что психолого-психиатрическая экспертиза не была проведена. Эту процедуру необходимо проводить, чтобы исключить все факты недоказанности, — добавляет Дмитрий Дерен. «Дети сами развенчивали хулигана, это должно делать сообщество» Заслуженный учитель РФ Александр Снегуров считает, что проблема подобных конфликтов шире, чем кажется на первый взгляд. По его мнению, случаи, когда педагог подвергается неуважению и со стороны учеников, происходят чаще, чем обратные: статус педагога на сегодняшний день хрупкий и практически незащищенный. — Казалось бы, мы имеем достаточно материалов для того, чтобы осуществлять реальную защиту педагогов: есть и Уголовный кодекс, и Административный — ничего дополнительно не надо вводить, их статьи должны действовать, — рассуждает он. — Есть правила внутреннего распорядка, есть устав школы, есть собрания, ученические самоуправления, педагогический и родительский советы. Механизмы существуют, но почему-то они не функционируют. А чиновники и депутаты предлагают другие варианты, не пытаясь активизировать то, что имеется. Сама ситуация является странной. По словам учителя, причиной является отсутствие настоящего запроса на защиту репутации и прав педагога. Во многом это происходит из-за того, что учительское сообщество разобщено и не настроено на общую коллективную работу. — Во многих школах само обозначение конфликта уже считается нарушением негласного корпоративного договора, — говорит Александр Снегуров. — Никто не выносит «сор из избы» — уже изба от сора задыхается, а выносить его никак нельзя. Это говорит о детренированности гражданского общества и об отсутствии обратной связи. Педагоги подчас должны скрывать правонарушения в свой адрес, чтобы не стать виноватыми самим. Отчасти поэтому мы наблюдаем рост нападений учащихся, разнузданного поведения школьников, издевательства. Педагог считает, что в школы должен вернуться настоящий живой диалог и настоящие педсоветы, на которых учителя будут советоваться друг с другом. В пример он приводит практику классиков педагогики вроде Макаренко, и то, как они решали проблемы внутри коллектива. — В их учебных заведениях было известно о любом конфликте, и он разбирался на общем собрании, где каждый имел свой голос. И дети сами развенчивали хулигана, оскорблявшего педагога или других детей. Это должно делать сообщество. Это основа, база нравственного влияния. Большая часть учеников сегодня инертна, она не поддерживает хулигана, но и не осуждает. Опять же отсюда у нас отток учащихся от реального обучения на домашнее и очно-заочное. Просто люди не хотят быть свидетелями постоянных стычек и пороков, которые распространяются на переменах и даже уроках. Что касается присутствия видеокамер в каждом кабинете, то Александр Снегуров считает, что такое технологическое ноу-хау может и вредить непосредственно учителям. — Мне кажется, в таком случае педагог перестает чувствовать себя свободным в своих действиях, всё равно это некое моральное давление. Вероятность того, что камера ухватит какой-то безнравственный поступок, меньше, чем влияние на педагога этого смотрящего глаза. Учитель и так измучен, изнурен. Даже если камеры зафиксируют одно или два нарушения за год, каждый день у работников будет дополнительная тревога. В школе и без камер известно о том, что происходит на уроках. В чем проблема школьных конфликтов, обсуждали с психологом — она считает, что это повод задуматься о проблемах образования и воспитания в России.