«Горцы будут от нас в зависимости». Историк рассказал, как с помощью соли покорили Кавказ

Во время долгой Кавказской войны в политических целях, кроме военных действий, перепробовали и иные меры влияния на местное население, в том числе и экономические. Учрежденные на побережье укрепления Черноморской береговой линии и крейсирующие вдоль неё корабли Черноморского флота отрезали горцев от морской торговли с турками. Назову только пару эпизодов борьбы с турецкой контрабандой — 29 апреля 1838 годп пароход «Колхида» под командой капитан-лейтенанта Швенднера взял после небольшой погони возле укрепления Св. Духа (Адлер) турецкое контрабандное судно (шкипер-Али-уси). Призом, кроме самого судна, стали привезённые турками для продажи черкесам 370 пудов соли, стальные прутья, ткани, кожи. Судно приведено в Сочи. 20 мая 1846 года бриг «Паламед» из отряда контр-адмирала Павел Степанович Нахимова в 9 милях от берега, напротив форта Лазарева, взял двухмачтовую чектырму с контрабандными товарами. Контрабандисты, пользуясь штилем, успели уйти на шлюпке к берегу. На захваченном судне находились соль, одно чугунное орудие, несколько ядер и порох. И мы видим, что соль была одним из важнейших турецких товаров. Командующий Черноморской береговой линией с 1839 года Николай Николаевич Раевский (мы как-то рассказывали о его заслугах в появлении на нашем побережье многих плодовых и декоративных растений) особое внимание обращал на установление прочной экономической связи России с Кавказским краем, а существовавшие на Черноморском побережье укрепления рассматривал не только как военные посты, но и как опорные пункты для развития торговли. Раевский писал: «Нет сомнения, что если мы будем снабжать горцев нужными для них произведениями, то контрабандисты не выдержат торгового соперничества». Особое значение при этом придавалось торговле солью. «Когда торг солью перейдет исключительно в наши руки, горцы будут в совершенной от нас зависимости». Для начала торговли с черкесами Раевский доставил в Геленджик 2 тысячи пудов соли. При этом черкесам была названа цена на соль при обмене на их продукцию «вдесятеро дешевле, чем они ее покупали до сих пор», но необходимым условием для такой торговли требовали мирное поведении черкесов по отношению к гарнизонам тех крепостей, при которых будет вестись торговля солью. Первым делом была открыта меновая торговля солью в Анапе, Геленджике, Новороссийске, а также в адлерском укреплении Святого Духа. Позже торговля солью распространилась на все укрепления, кроме Тенгинского, Головинского и Навагинского (Сочи) — из-за враждебности населения около последних.Развозили соль на купеческих судах из Керчи. Соль русские предприниматели в те годы добывали в Бакинском и Ширванском уездах, Нахичеванских копях, но ближе всего были Крымские соляные промыслы. Кстати, в 1838 году на Кавказе делали попытку получать и сахар. Предприниматели Яков Заболов, Давид Тамамшев и Давит Тер-Гукасов собрались построить завод на 40 тысяч пудов сахарного песка. Были получены земли в окрестностях Каспийского и Черного морей для заведения плантаций сахарного тростника, выписаны из Александрии семена, прибыли в Тифлис выписанные мастера сахарного дела. Но неожиданно дело застопорилось из-за отсутствия необходимых больших количеств… костей и крови! Оказывается, технология очищения сахара требует использования в качестве фильтра «костного угля» — а для его получения пережигаются кости и кровь животных (какой сюрприз для прочитавших это вегетарианцев!). В укреплениях соль содержали в больших скирдах (или буграх), покрыв их камышом или травой. При соляных запасах в укреплениях состояли чиновники Министерства финансов. Министр финансов Е. Ф. Канкрин лично беспокоился о проблемах усушки и утруски соли при доставке и при хранении в буграх, вёл переписку по этому поводу с начальником Черноморской береговой линии. В каждом случае потерь соли свыше установленной нормы надо было объясняться лично с министром финансов! В обмен на соль в укреплениях получали «мёд, воск, баранье сало, масло, татарский сыр, иногда баранов, рогатый скот и вооружение». Известны примеры соляного выкупа за русских пленных: 16 августа 1840 года генерал Раевский сообщал Корпусному командиру генералу Головину: «Бывший начальник 2-го отделения вверенной мне линии г. Генерал-майор Ольшевский представил рапорт, поданный к нему воинским Начальником форта Навагинского, в коем сей последний доносит, что через посредство приверженного к нашему правительству черкесского дворянина Пата Чизма выкуплено им от разных черкес, из числа взятых черкесами в плен при овладении ими в сем году укреплений пятнадцать человек, за выкуп коих выдано им четыреста семьдесят пудов соли меновой; за тем осталось шестьдесят четыре пуда шесть фунтов…». В случаях враждебных действий местных жителей, их наказывали запретом на продажу соли. 24 февраля 1840 года в своём предписании за № 286 начальнику Черноморской береговой линии генерал-лейтенанту Раевскому, командующий войсками на Кавказской линии и в Черномории генерал-адъютант Граббе, между прочим пишет: «Последние происшествия на береговой линии и в особенности взятие горцами форта Лазарева, вполне доказали, что следуемая нами миролюбивая система с туземцами не только не может никогда довести до предположенной цели, но имеет самые невыгодные и гибельные последствия: ясно, что неприятель пользуется своими сношениями с нами для того только, чтобы разузнавать о положении укреплений, усыплять бдительность гарнизонов и что они во много способствовали успеху предприятий его на разрушенное укрепление. А потому, в дополнение предписания моего от 21 сего февраля, за № 264, предлагаю Вашему Превосходительству прекратить все какого-бы не было рода сношения наших войск с горцами, а равно и продажу им соли и предписать о том, как Начальнику 1-го отделения, так и всем воинским начальникам укреплений береговой линии…». 10 апреля 1852 года начальник 2-го отделения Черноморской береговой линии майор Вагнер сообщил начальнику Черноморской береговой линии вице-адмиралу Серебрякову, что «горцы мало-помалу перестают нуждаться в соли, привыкают к вкусу соли, вывариваемой из морской воды, а посему, дабы принудить их этою мерою к покорности, мне кажется было бы полезно запретить продажу им чугунных котлов, коих в 1851 году продано в одном только укреплении Геленджике до 130 штук». Серебряков, испрашивая на это согласия главнокомандующего Кавказским Отдельным корпусом, добавляет, что горцы, постоянно занимаясь такой вываркой на берегу моря, являются караулом, наблюдателями, могущими помешать скрытной военной высадке русских войск на какой-либо пункт побережья. «Разрешаю запретить продажу чугунных котлов всем прибрежным непокорным горцам…», — ответил 12 мая 1852 года главнокомандующий Кавказским Отдельным корпусом. Вот так обыкновенная соль оказалась в центре политических событий на Черноморском побережье Кавказа!