Медсестра помогает тяжелобольным детям в фонде

В фонде «Дедморозим» в Перми работает медсестра Дарья Тарасова. Каждый день она спешит к тяжелобольным детям, многие из которых не могут ходить. Даша терпеливо объясняет родителям, как пользоваться ИВЛ, гастростомой и поддерживать кислород в концентраторе, чтобы их ребенок дышал. Дарья одна воспитывает сына и дочку, сейчас ждет рождения третьего ребенка. 59.RU расспросил, как она решилась на такую сложную и требующую психологической отдачи работу. «Сначала не знала, в какое отделение иду» Дарье 38 лет. Ее прабабушка, бабушка и мама были медсестрами, поэтому она легко выбрала профессию и в 2006 году окончила пермское медицинское училище. Сначала работала с детьми в процедурном кабинете поликлиники, позже была участковой медсестрой у взрослых пациентов. В 2014 году ее пригласили в новое отделение паллиативной помощи на Кислотных Дачах при 13-й детской больнице на Бушмакина. Девушка устроилась туда постовой медсестрой. «Сначала я не знала, в какое отделение иду, — рассказывает 59.RU Дарья. — Мне позвонили и сказали, что есть работа в новом отделении, мол, там телевизоры, кресла для родителей… Я подумала, что это какое-то платное отделение. Когда пришла к главной медсестре, она сказала, что это хоспис для детей. Я долго думала, смогу ли там работать, и решила, что попробую». В палатах лежали дети в тяжелой стадии ДЦП. Сначала Дарья боялась к ним подойти. «Как его взять, как накормить с ложечки? — говорит медсестра. — Было очень сложно, но постепенно я стала учиться всему. Узнала, как обращаться с трахеостомой, о чем-то смотрела на YouTube, читала о диагнозах детей». Трахеостома — это искусственное отверстие на шее, соединяющее трахею с внешней средой и позволяющее воздуху поступать в легкие напрямую. Самым первым пациентом Дарьи был мальчик Артур (имя изменено). Он долго лежал в отделении, был в коме, у него был рак головного мозга. Дарья подружилась с мамой, и та порой показывала фото, как выглядел мальчик, когда был здоров. «На тот момент моим детям было столько же, сколько ему, — вспоминает Дарья. — И я, конечно же, всё это спроецировала на своих. Было очень тяжело». Однажды Артуру стало совсем плохо. Даши в тот день на работе не было: она была в отгуле и праздновала день рождения своего ребенка. «Мне позвонила мама мальчика, сказала, что ему плохо, — вспоминает Дарья. — Я сорвалась и бросилась было на работу, но вдруг остановилась и подумала: его уже отправили в реанимацию, что я могу с этим сделать? И я вернулась домой». На следующий день Артур умер. «Какое-то время мы общались с мамой, а сейчас хоть и живем недалеко, но я всё не найду времени встретиться. Но очень хочется», — делится Дарья. Разговаривать с детьми легко Уже через год Дарья стала старшей медсестрой, а спустя еще время девушка устроилась работать в фонд «Дедморозим» — в службу качества жизни, помогающую ухаживать за тяжелобольными детьми. Даша стала приезжать в семьи, знакомиться, привозить оборудование и обучать родителей, как с ним справляться, например с кислородным концентратором для поддержки кислорода, с ИВЛ, работающей через трахеостому, или гастростомой. Она показывала, как повернуть ребенка, уложить удобно, чтобы мама не боялась подойти и сделать всё необходимое. Также объясняла, как следить за уходовыми вещами и расходными материалами к оборудованию. «Контакт с ребятами и родителями я нахожу легко — разговариваю с детьми с инвалидностью обычно, как и с любыми другими. Просто захожу и говорю: „Вика, привет! Как дела?“ Даже если ребенок не может ответить, то он всё равно показывает это мимикой, жестами или взглядом. Мне кажется, для родителей это важно, когда к их детям относятся обычно и легко». В какой-то момент в команде службы качества жизни была острая нехватка кадров, и за Дарьей закрепили около 200 детей. «Это было ужасно, меня не хватало на всех — несколько месяцев я не могла со всеми познакомиться, просто доехать до них. Потом у нас появилась еще медсестра, и нагрузка спала». Труд в фонде — основная работа Даши, за которую она получает обычную зарплату. Дарья одна воспитывает детей, а сейчас ждет третьего ребенка. Девушка признаётся, что на всё зарплаты медсестры не хватает. «В последнее время платили 60 тысяч рублей, и на жизнь семьи этих денег недостаточно: как у обычного человека, у меня есть кредиты, двое подростков, которым каждый день нужны деньги на карманные расходы, есть машина, ее нужно заправлять — всё как у обычного человека». «Приехали с доктором на процесс умирания» Даша признаётся, что самое тяжелое в ее работе — переживать смерть детей. «В „Дедморозим“ мы как будто еще ближе с пациентами — приходим в их квартиры, видим их быт, — говорит медик. — Мы наблюдаем, как мама, папа, бабушка и сёстры любят этого ребенка, а потом он умирает. Я всегда плакала. Спустя время научилась не плакать, стала относиться спокойнее, хотя всё равно переживаю. Наверное, я научилась справляться с этим горем». Самые тяжелые смерти, которые пережила Даша, — уход ее первого пациента Артура и двухлетней девочки Милы (имя изменено). «Она жила в деревне, — говорит Дарья. — Когда девочке стало совсем плохо и было невозможно ничем помочь, лишь поддерживать организм, мы с доктором приехали на процесс умирания ребенка. Всю ночь просидели с ней. Потом она умерла». Однажды Даше выпало сопровождать девочку Машу (имя мы тоже изменили) в Санкт-Петербург. У нее была онкология печени, и она мечтала поехать в Северную столицу. «Дедморозим» опубликовал пост о ее мечте, и люди стали присылать деньги. Через пару дней сумма была собрана, семья смогла поехать в Санкт-Петербург. «Я, Даша и ее мама жили там в квартире, побывали в разных музеях и местах, которые хотела увидеть девочка, — говорит Дарья. — Через неделю или две после возвращения домой она умерла. Ее мама очень стойко всё переносила в ту поездку и не показывала дочке, как ей больно». Жокей на скачках Лошади в жизни Дарьи появились в 2022 году, когда они командой с работы поехали в Юго-Камский конно-спортивный клуб. «Я взялась там волонтерствовать и полюбила лошадей, — признаётся Дарья. — В итоге стала инструктором конных походов, ездила с туристами на часовые прогулки и даже была жокеем на скачках — получила медали за первые места. Это очень тяжелая работа, порой бывает страшно, но это и сильная перезагрузка. Мы с дочкой уезжали туда на все выходные, спали на втором этаже бани, где зимой каждые два часа нужно было топить печь, чтоб не замерзнуть. Но это было хорошее время. Сейчас я в декретном отпуске, и мне очень не хватает лошадей. А ведь когда-то я даже не думала о них». «Пермячка Дарья Тарасова всего за год освоила профессии конюха, инструктора и жокея. Девушка признаётся, что ее одинаково вдохновляют работа и занятия на конюшне. Она любит животных и несколько лет даже была инструктором конных прогулок. А теперь может помочь поставить конный котильон и помогает заботиться о травмированном коне — ставит капельницы и делает перевязки», — написал фонд «Дедморозим» в одном из постов в соцсетях. Недавно Дарья исполнила свою мечту — купила дом за городом, они уже переехали туда жить с детьми. Сейчас у нее две собаки, два кота и ящерица. Даша мечтает о небольшом хозяйстве — козочке, курочках и лошади. Ей помогают дети — старшему сыну Денису 15 лет, а дочке Вике 14 лет. В скором времени у Даши должна родиться еще одна девочка. Шкатулка на память Помочь справиться с психологической нагрузкой Даше помогают на работе — устраивают супервизии, где они со специалистом разбирают темы, которые беспокоят медсестер. Супервизия — метод профессиональной поддержки и обучения в психотерапии и консультировании, когда специалист разбирает работу с более опытным коллегой — супервизором. Она помогает найти слепые зоны, улучшить стратегию помощи и защититься от выгорания. «А еще очень помогают наш психолог, родные, друзья и мои дети, — говорит девушка. — Когда умирал ребенок, я возвращалась домой и уходила на кухню. Дети заглядывали и спрашивали, что случилось. Объясняла им, что на работе умер ребенок. Они говорили: „Понятно“ — и уходили. Дети оставляли меня одну, чтобы прошло время». Даша не считает, что у нее особенная работа. «Да, эта работа приносит удовлетворение, когда я вижу результат — смогла помочь ребенку, научила родителей чему-то новому, — признаётся Даша. — Да, не каждый сможет здесь работать, не каждый сможет смотреть на горе. Но если ты к этому непричастен, это не значит, что этого не существует. И если ты отвернулся, спрятался куда-то: „Нет-нет, я на это смотреть не буду“, это же всё равно существует, и дети нуждаются в помощи и заботе». Ранее мы рассказывали, как в фонде «Дедморозим» помогают девочке, перенесшей вирусный энцефалит, «участвовать в своей жизни».